Версия для слабовидящих

Вход в систему

 

Станислав Сенькин

В Металлострое

В Металлострое ржавеет трава.
Бликами ртути сияет Нева.
И под гудки грузовых поездов,
Аист свое оставляет гнездо.

Осень несет купорос или медь.
Каждой чеканке на ветре звенеть.
Клинья небес в одиноком окне.
Осень и я, догораем в огне.

Это металл. Вот такие дела.
В мертвом цветке умирает пчела.
Там в глубине, в каждой русской душе,
Лета портрет будет в карандаше…

Солнце ломает лучи на волне.
Грустная осень, вот грустно и мне.
Но улыбаясь, ищу свой пунктир,
Чтобы пройти мне подаренный мир…

© Copyright: Станислав Сенькин -Рубанский, 2018
Свидетельство о публикации №118060605948

Медяшки

Осины звенели медяшками в сбруе.
Река два холма меж собою шнурует.
Где берег, и русские белые бани
Столкнулись в субботу сосновыми лбами.

Хвосты их, связавшись, ольхою пропахли.
В прорехах небес тучи облаком пакли.
И капает кровь на песок и на камень
Осенний закат, прочертив между нами.

Река надломила вечерние ивы.
Ночь будет трясти в нее звезды, как сливы.
И крЕстецкий ветер притих под березой,
Когда прячет солнце кровавые розы.

Луну выжимаю в стакан, а на ужин
Омлетами стали дорожные лужи.
В них ночь выводила цыплят.
Учила за душу цеплять.

Когда и кресты еле видны в томате.
Когда нас в ладошке несет Божья Матерь.
И мы засыпаем, и нам это снится.
Смочив молоком, как Лукойе ресницы.

Они, будто черные ивы мешают.

Карри

Откроешь рот, и пламя лижет
Обои, стены, волоски.
МЫ по-сиамски были ближе,
В одной земле, как колоски.

Дождь Морзе бил тире и точки.
Рубили руки, бросив в таз.
И в натуральной оболочке
Сердца стучали бит и бас.

Нас скотчем замотал малярным,
Маньяк, убийца, некроморф.
Но мы с тобой молекулярно,
Обжили «Скорую» и морг.

На сапогах лежали пылью.
Как вши вгрызались под парик.
Нас стороною гладил тыльной
Ладошки, тоненький старик.

Потом нам стал не интересен.
Прохладен, скучен и смешон…
И по бетону старых лестниц
Венецианский дождь прошел.

Твой взгляд последний был коварен.
ТЫ не одна, я одинок.
Любовь остра, как соус карри.
Как новый бритвенный станок.

Там совершенство светотени
В мозаиках трижды ростовых.

Цинк и Звезды

Цинк и звезды. Мрамор крошкой.
Алюминий, нефть и сталь.
И «войнушка» понарошку.
Только «ресать» Бог не стал.

Делать бомбы - бросить бомбы.
Строить - рушить городок.
Чтоб по прикусу и пломбам
Опознал военный док.

Чтоб герой родился в схватках
Боевых суровых туг.
Чтобы быстро, чтобы кратко
В танк перековали плуг.

Ведь не зря сияет орден.
Имя в книжке наградной.
И война по каждой морде,
Знает тех, кто ей родной…

© Copyright: Станислав Сенькин -Рубанский, 2018
Свидетельство о публикации №118052100879

Мелкая Рыбеха

От Любви здесь сладко-липко.
От медуз и икебан.
Ты плыви на волю, рыбка,
В Ядовитый Океан.
Там есть соль, там так же тесно.
Есть луна, своя волна.
Там найдешь покруче место,
Выше неба, ниже дна.
На песке рубин горохом.
Там и мертвой плавать cool.
Только мелкая рыбеха
Незаметна для акул.

© Copyright: Станислав Сенькин -Рубанский, 2018
Свидетельство о публикации №118052101071

Пресмыкающийся

Пресмыкающийся
Станислав Сенькин -Рубанский

Исходящие кровью в кушетке.
Снегом утренним слезно тающие.
Керосином выводят вшей,
Бывшие млекопитающие.

От мышей забираясь на стул,
И гвоздём по известке царапая,
Кажется, я расту.
Не ребенок уже и не папа я…

И грехов, как карман семян
Жареного подсолнечника.
Пресмыкающаяся семья
Под лучами обедненного солнышка.

Пресмыкаясь, под шум газет.
Пригибаясь, под их цитаты
Не боюсь, ходить при грозе,
В электрические раскаты.

Не боюсь принимать мышьяк,
Но боюсь попросить прибавку.
Пресмыкающийся - то есть Я.
От того и почти не гавкал…

Ставил галочку и молчал.
Шел домой разбирать гостинцы:
Рюмка мерная, два мочала,
И буклетик на две страницы…

Лестничный Марш 2

Лестничный Марш 2
Станислав Сенькин -Рубанский

Снег ползет. Второй этаж.
Ночь мигает. Небо – плесень.
Слышен марш, бетонный марш
Из подъезда в небо лестниц.

Осень тени, как котят
Разбросала на площадках.
Снег и листья улетят,
И придет пора прощаться.

Нам с тобой среди разрух.
Пока пыль еще не села.
Ты возьми с собою, друг,
Хлеб и рыбные консервы.

И патронов брось в мешок.
Вот, как нас разворотило,
Как гирляндами кишок.
Пара шашек из тротила.

Был закат, а вот заказ.
Нас с тобой и разных деток.
Снег ползет из метастаз
В нас , как щупальца креветок.

Осень крепче давит грудь.
Нас считая, по жетонам.
Слышен марш и в этом суть.
Из железа и бетона.

На Шухере

На Шухере
Станислав Сенькин -Рубанский

За поцелуй в награду - стоматит.
Ломает от таблеток пальцев кости.
Постой на шухере, мне нужно отойти!
Покарауль, чтоб не ввалилась осень.

Погладь любовь - бездомного кота.
С ногами заберись на нашу лавку.
За фонарями всюду темнота,
А свет фонарный вьется, как удавка.

Ты подожди, я мигом… Дым ползет,
Из тонких сигарет в твоих ручонках.
В Любви тебе, конечно, повезёт.
Смешная невезучая девчонка.

© Copyright: Станислав Сенькин -Рубанский, 2017
Свидетельство о публикации №117112005470

Лакоста

Лакоста
Станислав Сенькин -Рубанский

Я тебя зацеловал
В простыне, как в белой рясе.
Я тебя четвертовал,
Словно волк завыл о мясе.

На руках тебя носил,
В целлофановых пакетах.
И любил, что было сил
Без конфеток и букетов.

А когда гремит гроза
Пахнет дождь твоей «Лакостой».
Вспоминал твои глаза,
Под растекшейся коростой.

И огромных две звезды
С глаз упавшие в твой локон.
Что сияют у воды,
Прожигая стекла окон.

Словно ты опять идешь
В мои мрачные хоромы.
Словно, вновь любовь даешь…
Словно, вновь тебя хоронят.

© Copyright: Станислав Сенькин -Рубанский, 2017
Свидетельство о публикации №117112005279

Хурма

Хурма
Станислав Сенькин -Рубанский

Я тебя любил и тьму …
Дверь закрыл. Упал-отжался.
Люди любят унижаться,
Поглощать Луну - Хурму.

Собирая стразки слез,
Ты в платок сложила сопли.
Заменив молчаньем вопли.
В сердце северный мороз.

Приучив себя к вещам,
Мы отвергли душ овалы.
По-февральски завывало.
В них березам не трещать.

А потом разок другой,
Через то, что нам не снилось.
Но любовь не изменилась,
Так же цокала фольгой…

© Copyright: Станислав Сенькин -Рубанский, 2017
Свидетельство о публикации №117112005035

Музыка Поросят

Музыка Поросят
Станислав Сенькин -Рубанский

В бане истопленной начерно,
Белые сны, как явь.
Если я был предназначен,
Буду на свете я.

Деревом, рыбой, пеплом.
Словом, как воскресят...
В бане играет с ветром
Музыка поросят.

Грустная в ней тональность.
Первый навоз в снежок.
Музыка настоялась
Кровь, повенчав с ножом.

Я уже был пропарен,
Тряпками пережат.
Свиньям стал чистый барин,
Ем их детей с ножа.

Их на рассвете казни.
Вот и поют сильней.
Белые сны из грязи,
С Музыкой Всех свиней!

Музыка Всей скотины,
Что разрезает слух.
Музыка превратила
Нотки в блестящих мух.

Верит рукам с буханкой,
Но не поймет в чем суть...
Братьев в консервной банке
Помнит, и чтит их путь.

Музыка стала маршем.
В бане смываю кровь.

Без Головы

Без Головы
Станислав Сенькин -Рубанский

Котенком серым в дом устал проситься
Пушистый дождь и Осень, что всегда
На рельсах суицидилась, лисицей
Ложась под скоростные поезда.

Во тьме дорога с призраком деревни.
Полоски белые то поперек, то вдоль
И звезды вспыхнув, будто стукнул кремний,
Опять погасли, встретившись с водой.

Семнадцатая осень поражает
Однообразием и пластиком мешков.
И в скудном человечьем урожае
Опять находит хилость корешков.

Сегодня клены в темноте не гаснут,
Сжигают дизель тряпочек листвы.
И кажется, что ночь явилась в красном
На эшафот, уже без головы…

© Copyright: Станислав Сенькин -Рубанский, 2017
Свидетельство о публикации №117112000741

Уколы

Уколы
Станислав Сенькин -Рубанский

Словно спичка ночью темной где-то,
Обрываясь, чиркнула комета…
С губ сорвались просьбы, их излишек
У не спящих крохотных людишек.

О любви, о славе и богатствах,
Шепотки их стали раздаваться,
В гвалт мечтаний, в крик сливались требы,
Лиц глядящих в плачущее небо.

И не слышно за такой лавиной,
Просьб и громких, даже половины.
Что же говорить о детской речи,
Пацана, что держит мать за плечи.

Шепчет, ей желая, встать с постели,
Посмотреть январские метели.
Чтоб она будила утром в школу,
Чтобы ей не делали уколы…

© Copyright: Станислав Сенькин -Рубанский, 2017
Свидетельство о публикации №117110400893

Золотые Сестры

Золотые Сестры
Станислав Сенькин -Рубанский

Тогда дрожала темная вода
Во всех сосудах рек, озер и лужиц.
А осень выжигала города,
Красивая, похожая на ужас…
И все мы с Атлантидой новых дней
Тонули, но не растворялись в Ней…

Нас осень, как листву стряхнула вниз…
Похожих, глупых, надвигая танки.
Тут много листьев, словно медных лиц,
Тут много лиц похожих на чеканки…
Вдаль Золотыми рыбками плывут,
Стихи, преображенные в листву.

И кровь всех зорь в кленовой толчее,
Возле пивнушки собирает массы.
А эти рыбки, словно из пластмассы,
Доверились глубинам и струе
Ручьев бегущих и стиравших камни,
Где каждая рыбешка, как сестра мне…

02.11.2017

© Copyright: Станислав Сенькин -Рубанский, 2017
Свидетельство о публикации №117110200528

Медные Слова

Медные Слова

Словно листья медные слова.
Осень ран былых стежки разрежет.
И напомнит, как я целовал
Глаз твоих волнительную нежность.

Как я пил их сладость с теплотой.
Каждый раз, смакуя терпкость меда.
Листья из шкатулки золотой
Осень дарит до зимы прихода.

В пустоте обветренных полей
Дождь поплакать с ним о прошлом просит.
Даже клин прощальный журавлей
В мое сердце забивает осень.

Но пока улыбка на лице…
Вспоминаю с радостью о лете:
Каждый день с тобою был бесценен,
Каждый миг на этом белом свете.

Легче будет жить и зимовать,
Пробиваясь сквозь снега и бури.
Вспоминать, как будто целовать
Вновь и вновь глаза твоей лазури.

Новая Любовь растормошит
Чувства по весне, а может летом.
Но на самом краешке души