Версия для слабовидящих

Вход в систему

 

Мельница судеб

В.Морозов

Вот иногда можно услышать: «Вокруг нас столько богатств: и леса, и поля, реки, озёра, а мы, русские, живём бедно, не можем устроить нормальную жизнь, сюда бы немцев или японцев - они бы развернулись...» Такие разговоры не вызывают дискуссий, очень печально выглядят наше прошлое и настоящее даже на фоне блистательных побед и достижений, что-то не вдохновляет поступь и социализма, и капитализма. Может быть, надо более пристальнее взглянуть на недавнее прошлое, куда уходят корни настоящего, и попытаться понять, что нам надо.

Мало кто знает, что на реке Холова, в районе улицы Устьволмская, когда-то стояла мельница с плотиной. Сейчас и следа не осталось от прежней плотины, ничто не напоминает о шумном водяном потоке и грохоте каменных жерновов, река тихо несёт свои воды меж высоких берегов, и только в глубине лежат остатки каменной плотины. Рядом небольшая улочка, обычные дома, в одном из них когда-то жили Климовы Фёдор и Анисья, хозяева мельницы, с детьми. На мельницу везли зерно крестьяне местных деревень, дела шли хорошо, все были довольны - и хозяин, и крестьяне. Мельниц на Холове было немало, можно было выбрать, где ближе и дешевле. В доме Климовых был достаток, там часто собирались гости из знакомых и родственников, каждый старался одеться нарядней, на зависть тем, кто ещё не мог позволить себе модной одежды. Ничто не предвещало беды, бурный водный поток вращал колесо мельницы, зерно золотистым ручейком катилось в жернова, и готовый продукт, плод многодневных крестьянских трудов, сыпался в мешки под присмотром опытных работников. Однако перемены не застали себя ждать, пришла советская власть, а с ней новые экономические отношения. Претворение в жизнь грандиозных замыслов по преобразованию народного хозяйства требовало таких же грандиозных затрат, но крестьяне не торопились везти зерно в закрома родины, было выгодней везти его на мельницу. Вначале мельницы обложили непосильными налогами, а потом реквизировали имущество, судьба хозяев складывалась по-разному: кто-то бросил всё и уехал, кто-то испытал все невзгоды лагерной жизни. Удивительно, но отдельные мельницы продолжали существовать и в послевоенное время. Тогда в Крестцах шла бурная застройка, материалом для крыш служила дранка, и я помню, как мы с отцом ездили на Яймлю, чтобы настругать этой дранки. Станок стоял рядом с мельницей и приводился в движение от водяного колеса. На нехитром устройстве куча деревянных калабашек быстро превратилась в пахнущие смолой свежие дранки. И сейчас останки каменной плотины хорошо видны по водным перекатам. Многим нравятся эти места, и летом приезжают сюда, чтобы окунуться в холодные, бурлящие потоки. Как сложилась судьба семьи Климовых, мне рассказала Новикова Надежда Васильевна, внучка деда Фёдора Климова. Дед сидел в лагере, был на поселении, бабушка Анисья уехала к нему с внуком. Внук потом был отдан в детский дом, а дед и бабушка вернулись в Крестцы и похоронены на Ямском кладбище. Судьба семьи Надежды Васильевны оказалась более печальной. Они жили в Ямской Слободе и занимались крестьянским хозяйством. Дом их сохранился до сего времени, обновлённый, он выглядит обустроенным и красивым, особенно привлекают взгляд большие грибы на полянке перед домом. С образованием колхозов началось раскулачивание. Её отец, Василий Фёдорович, работал на комбинате по обработке леса и не собирался идти в колхоз, но лошадь его забрали, в семье остался жеребёнок. Реквизированное имущество свозилось на склад, чтобы потом продать его или просто растащить. Тяжело было на душе у тех, кого ограбили, и когда Василий увидел свою лошадь, везущую разграбленное, то нервы его не выдержали, он схватил топор, бросился во двор и зарубил жеребёнка, чтобы не достался колхозу. За это три года он отсидел в тюрьме, вернулся, но был тридцать восьмой год - работал конвейер по борьбе с врагами народа, и снова злой рок настиг его. Вечером, когда он пошёл посидеть у знакомых, подъехал воронок, больше Василия никто не видел. Его судила тройка и приговорила к расстрелу, но в семье этого не знали, поскольку пришло сообщение, что в тюрьме он заболел и умер от энцефалита. В настоящее время он реабилитирован, с него сняты все обвинения, но место захоронения не известно.

Четверо ребятишек остались на руках у Федосьи Ефимовны, самой младшей Наде было пять лет, и мама пошла работать в колхоз. Трудно представить, как выжила семья в те трудные времена, платили мало, а работать приходилось мною, но выручало своё хозяйство - корова, куры, поросёнок. Начальная школа в Ямской располагалась в доме учительницы Брониславы Малкиной. Надежда Васильевна с благодарностью вспоминает свою первую учительницу Минутину Антонину Васильевну. Когда началась война, занятия в школе продолжались, несмотря на бомбёжки. Один из сбитых вражеских самолётов упал в дом Сырова, и все ходили смотреть на двигатель от самолёта, каким-то чудом оказавшийся в кухне, к счастью, в доме никто не пострадал. Чтобы уберечь людей, началась эвакуация в Раменье, кому не хватило места в избах, разместили в амбарах, ригах. К концу войны голод был особенно сильным, собирали всё, что шло в еду, на полях, в лесу. Весной собирали мёрзлый картофель, пестуши, пекли лялушки. Но прошло это тяжёлое время, жизнь стала налаживаться, стали заметными перемены к лучшему. Надя стала думать, как получить специальность, из колхоза просто уйти было невозможно, паспортов не выдавали. Помогли хорошие знакомые, которые прописали Надю в посёлке и нашли работу. С получением паспорта началась самостоятельная жизнь, но осуществить свою мечту человеку с клеймом врага народа было нелегко, хотя удавалось это скрывать - пришлось уехать. Свою трудовую деятельность она начала домработницей в Ленинграде. Говорят, мир не без добрых людей, постепенно обвыклась, нашла работу кондуктора в трамвайном парке. Днём работа, а вечером учёба в вечерней школе, так она осуществила свою мечту и поступила в медицинское училище на вечернее отделение. Работа и учёба давались с большим напряжением сил, но молодая, хрупкая девушка не отступила. Через три года она получила диплом по специальности, о которой мечтала. С детства привыкла стойко переносить жизненные невзгоды, этому её научил пример мамы, глубоко религиозного человека, с Богом в душе. От неё она усвоила нравственные принципы, в дальнейшей жизни никогда or них не отступала и передала эти уроки детям. В этом очень похож её муж Новиков Анатолий Михайлович, много лет проработавший токарем на оборонном заводе. Теперь они на пенсии, у них двое детей, трое внуков и пятеро правнуков.

Много воды утекло с тех пор, когда крутилось водяное колесо на мельнице, которую возводили всем миром. Нет уже мельницы, но жива память, она жива в сердцах добрых людей и будет жить долго.

 

 

]]>]]>