Версия для слабовидящих

Вход в систему

 

Крестецкая строчка. Полотно судьбы.

полотно судьбы.jpg
]]>]]>

У фабрики «Крестецкая строчка» оно очень непростое, но крест на нём ставить нельзя

Кризис, в котором многие годы пребывает ОАО «Крестецкая строчка», давно стал зримым. На территории одного из старейших в области предприятий рядом с советскими корпусами стоят так и не достроенные, похожие на развалины «новые» постройки. В помещениях стилистика конца 80-х: стены, мебель, таблички на дверях... Время застыло... Даже странно надеяться, что здесь что-нибудь когда-нибудь может измениться…

Несмотря на то, что 96% акций «Крестецкой строчки» в августе этого года приобрела группа компаний из Санкт-Петербурга (название не разглашается), основной костяк фабричной команды пока остаётся прежним. Это исполнительный директор Валентина Гусева, главный художник Мария Афанасьева и заместитель по коммерческим вопросам Галина Зеленогорская.
Честно говоря, они мало походят на современных менеджеров с вечно звонящими мобильниками. Уставшие и грустные женщины. Они печально вспоминают славное прошлое своей фабрики.

Как это было
Оригинальный художественный промысел — крестецкая строчка — зародился здесь в конце XVIII века. И первая большая известность пришла к местным мастерицам в 1911 году.
На Показательной выставке художественных промыслов России в Санкт-Петербурге экспонировались изделия из льна с так называемыми сновочными гипюрами. Первая артель, занимавшаяся ручной вышивкой, в Крестцах была организована в 1929 году. За период с 1930 по 1938 годы крестецкая строчка успела обрести популярность в Европе. Потом были военные и послевоенные годы, которые фабрика пережила вполне успешно. В экспериментальной мастерской, а это — мозг предприятия, была создана не одна тысяча образцов продукции. В основном это были лёгкая женская одежда, постельное и столовое белье. Крестецкие скатерти, чехлы для стульев, салфетки, занавески, наволочки, простыни, пододеяльники пользовались большим спросом в Великобритании, Бельгии, Голландии, Швеции, Франции… Эксклюзивные вещи изготавливались для Никиты Хрущёва, семьи Леонида Брежнева, Бориса Ельцина, королев Англии и Испании… «Крестецкая строчка» завоевала не одну медаль на международных выставках.
— В период с 60-х по 90-е годы мы только расширялись, — рассказывает Валентина Гусева. — Всё шло по плану, зарплата — вовремя, тринадцатая зарплата — тоже… В общем, всё было хорошо, а мы и не знали, что это, оказывается, был период застоя. 
В 90-е годы произошёл обвал. Госзаказа не стало, постоянных клиентов — тоже, железный занавес упал, и предприятие оказалось в условиях жёсткой конкуренции. История трагедии «Крестецкой строчки» — это история трагедии предприятия, руководство которого не почувствовало грядущих перемен, не подготовилось к ним, не сориентировалось и в итоге не смогло пройти проверку испытаниями.
— Турция и Китай завалили рынок страны дешёвым ширпотребом, — вспоминает Мария Афанасьева. — Их вещи из искусственных шелков даже гладить в принципе не надо: встряхнул, надел и пошёл. В отличие от наших.
— Из постоянных заказчиков остались только Российская ассоциация художественных промыслов, некоторые торговые сети в Москве и Питере, отдельные магазины в Новгородской области, — продолжает Гусева. — Нам подбрасывают заказы, но они небольшие и не столь регулярные, чтобы обеспечить работой всё предприятие. Появились долги по налогам. На нас до сих пор висит кредит в полтора миллиона рублей. Наш единственный фирменный магазин, находившийся в Крестцах, пришлось закрыть, потому что не хватало денег на аренду торговой площади. Зарплату выплачивали с перебоями. Народ начал увольняться. До начала 90-х на предприятии работало около 700 человек, теперь — порядка 60. Сейчас средняя зарплата на фабрике — 5—6 тысяч рублей. В Крестцах — 10 тысяч. В выставках участвовать мы сейчас не можем — это очень дорого.
— Да и правительство отвернулось от художественных промыслов, — говорит Галина Зеленогорская. — Их в России было 200, а сейчас — только 80—90. Власти нам обещали поддержку, но постоянно что-то мешало: то выборы, то какие-нибудь кадровые перестановки…
Кризис мировоззрения
Может быть, и так. Наверное, государство должно заботиться о сохранении эксклюзивных национальных промыслов, но надежды «Крестецкой строчки» на то, что часть работы за них должна выполнить власть, оказались дополнительной ловушкой для предприятия, фактически занявшего выжидательную позицию: а вдруг кто-нибудь поможет! Мысль, конечно, тривиальная, но кризис, в который попала фабрика, — это кризис мировоззрения людей советской эпохи, не привыкших быть самостоятельными и свободными в принятии решений.
Созвучны таким размышлениям оказались и рассуждения партнёров «Крестецкой строчки» из ОАО «Новгородлён», в магазинах которого — «Лён» и «Русский лён» — можно сегодня купить изделия с крестецкой мережкой и другими узорами.
— «Крестецкая строчка» никак не может перестроиться на современный лад, — говорит Марина Егорова, старший продавец магазина «Лён». — Скажем, их ночные сорочки берут, но вот блузки... Смешные и несовременные. Я всю свою сознательную жизнь работаю в этом магазине и могу сказать, что с 1987 года модели женской одежды «Крестецкая строчка» не меняла. И не думаю, что на создание новых нужно брать большие кредиты. Открой любой журнал «Бурда», там масса современных моделей женской одежды из льна, пусти по ней мережку, и получится красиво. Но когда мы звоним и говорим о том, что блузки плохо сидят на женщинах даже со стандартной фигурой, на фабрике удивляются: мол, модель была одобрена на художественном совете.
Приходилось слышать и такие упреки в адрес фабрики: почему не шьют популярные еврокомплекты постельного белья на большие кровати? Почему не комплектуют наборы скатертей и чайных салфеток из льна одинакового цвета? Лежат в магазинах отдельно скатерти и отдельно салфетки из ткани разных оттенков.
— И потом: фабрика присылает нам свои изделия в обычных целлофановых пакетах, — рассказывает Наталья Филиппова, заместитель генерального директора ОАО «Новгородлён». — А ведь упаковка многое значит. Вот, например, на елецкие кружева приятно посмотреть — они сразу фасуются в красивые коробки. А «Крестецкая строчка», бывает, присылает нам коробки отдельно, и нашим сотрудникам приходится самим заниматься фасовкой. Да и дорогая у них продукция, не для массового спроса. Это, скорее, подарочный вариант. Те же елецкие кружева охотнее берут, ведь вещи стоят в разы меньше, чем у «Крестецкой строчки».

Старая гвардия
В общем, попросив нового губернатора области Сергея Митина о помощи, «Крестецкая строчка» поступила в духе советских традиций: мол, спасите, погибаем. Власть не осталась равнодушной к проблемам предприятия и подыскала инвестора для фабрики. Но захочет ли он работать со старой гвардией? Боеспособность сегодняшних руководителей производства, честно говоря, внушает сомнения.
Валентина Гусева в разговоре не раз упоминала, что занимается поиском каналов сбыта своей продукции. Но делает она это почти так же, как её предшественницы в 50-е годы, когда маркетинговых исследований ещё не было и в помине. Как сказала Мария Афанасьева, «наши женщины просто садились в полуторку, нагружали её фабричными изделиями и отправлялись в Ленинград. В надежде, что в каком-нибудь магазине товар примут». Полуторки, конечно, ушли в небытие…
— Ищу заказчиков в Интернете, — говорит женщина. — Вот в Бразилии нашла одну частную предпринимательницу. У неё есть сеть магазинов. Мы в мае послали образцы наших изделий. Ждём ответа.
Ещё одна клиентка — бывшая россиянка — нашла «Крестецкую строчку» сама: вышла на сайт предприятия, который, кстати, сейчас реанимируется. Как оказалось, женщина вышла замуж за португальца, переехала жить на родину мужа и решила заняться торговлей белья. Два раза приезжала в Крестцы на фабрику, общалась с руководством, и в итоге было принято решение о поставках столового белья. «Но они пока пробные», — признаёт Валентина Гусева. 
Сейчас своим стратегическим направлением на фабрике считают производство постельного и столового белья, пользующегося покупательским интересом. Причём доведённое до отчаяния предприятие, по словам Гусевой, уже готово сократить долю изделий с использованием элементов художественного промысла до 50% и организовать пошив обычного постельного и столового белья. «Сейчас главное, чтобы предприятие выжило, женщинам посёлка нужна эта фабрика», — говорит Валентина Гусева.
Алексей Коптев, представитель инвестора, такими отчаянными фразами не бросается. Он вообще очень осторожен в прогнозах.
— Пока рано о чём-либо говорить, — рассказывает предприниматель. — Могу только сказать, что предприятие наверняка придётся оптимизировать, улучшать материально-техническую базу, искать новые дизайнерские решения для фабричных изделий, реформировать линейку товара, решать проблему нехватки кадров, изучать рынок текстильного производства Северо-Запада, Центра России, формировать новую команду. Самое главное — сохранить уникальный крестецкий художественный промысел, а соревноваться с китайским ширпотребом не имеет смысла.

*   *   *

Отнимать надежду у крестецких женщин не хотят. Воплотить ее в реальность пока не получается. Но как же будет горько, если от знаменитой фабрики останутся только воспоминания…

Елена КУЗЬМИНА
Владимир МАЛЫГИН (фото)

по материалам novved.ru