Версия для слабовидящих

Вход в систему

 

Хранитель пути

]]>]]>

]]>]]>Железнодорожник из Крестец сохраняет историю заброшенного перегона

Год назад к столетию железнодорожной линии Валдай — Крестцы в Крестецком краеведческом музее открыли экспозицию. Перегон давно канул в Лету, стал призраком. Своеобразным свидетельством его существования теперь служат собранные в одном зальчике керосиновые фонари, жезловой аппарат, станционные часы, копии царских облигаций на строительство железной дороги и оригиналы советских памяток для пассажиров, а также множество других вещей. И даже ошибка во фрагменте маршрутной доски, что когда-то висела на поезде, следовавшем из Бологого в Крестцы, — «ГОЕ — КРЕСЦЫ» — уже отчасти подтверждение того, что экспонаты тут все подлинные, служившие верой и правдой не один десяток лет. Владелец экспозиции — Вячеслав АМОСОВ, бывший машинист локомотива, отдавший железке четверть века.

Любимый маршрут

Собирать коллекцию Вячеслав Викторович начал, когда ещё трудился на крестецком перегоне. Предметы выбрасывались, а он считал, что так не годится — история всё-таки, да ещё какая. Один из экспонатов — люнет с фонарём 1956 года, с вертящимися разноцветными стёклами, случайно обнаружил в болоте рядом с железнодорожными путями. Таких на Октябрьской магистрали — раз-два и обчёлся. Находки относил в свой гараж, где их очищал от грязи, реставрировал, а потом и передал в дар музею.

Последний пассажирский поезд — «подкидыш» по перегону промчался в марте 1992 года, товарный — в 2011-м. В этом году, не доезжая до Крестец 8 километров, произошло крушение грузового поезда. Авария случилась из-за прогнивших шпал — комиссия тогда установила, что, практически ничего не вкладывая в железную дорогу, оставшийся ресурс из неё выжимали по максимуму.

— Теплилась надежда, что перегон отремонтируют и запустят движение по нему снова. В прежние времена железной дорогой пользовалось много организаций. Но грузов не стало, и она эксплуатировалась всего на 18 процентов. Несколько лет до крушения поезда кроме ГСМ по нему больше ничего не возили, — вспоминает Вячеслав Амосов. — Но я уже счастлив тем, что застал линию действующей.

Это сейчас он об этом спокойно говорит, а шесть лет назад, поняв, что остался без любимого дела, для него самого произошла катастрофа. Как описать? Это ощущение: как лётчик без неба, как моряк без океана. Он не уставал ни от шума, ни от вибрации — в кабине машиниста чувствовал себя на своём месте.

Спасло то, что ещё два с половиной года мотался в Валдай, где стоял его ТЭМ-2, а потом, когда и оттуда убрали тепловоз, за 120 километров ездил в Бологое на личном авто, но жизнь на колёсах в конце концов решил оставить — свыкся с мыслью, что его поезд в буквальном смысле ушёл.

Сейчас трудится на должности заместителя директора по административно-хозяйственной части в одной из крестецких школ. Но железная дорога его не отпускает. Теперь увлечён собирательством железнодорожных артефактов, для чего в выходные дни ставит на рельсы модерон — ручную путевую тележку и отправляется с ней на поиски того, что имело отношение к поездам. Когда позволяет погода, водит школьников на экскурсии к главным достопримечательностям железнодорожной нитки.

Пятьдесят восемь километров железной дороги, по которой Амосов перевозил топливо, древесину и прочие грузы, сейчас беспощадно зарастают кустами и деревьями, некоторые отрезки завалены буреломом, есть участки, где уже отсутствуют целые пролёты железной трассы — вандалы разворовывают рельсы на металлолом. А некоторые из неё, кстати, ещё первозданные, то есть дореволюционные. Встречаются рельсы и американские, доставленные в СССР в рамках ленд-лиза.

]]>]]>Детство под стук колёс

Крестцы — станция тупиковая, предполагалось, что перегон станет частью большого железнодорожного пути на Нарву. Как известно, реализации проекта помешала Первая мировая война. Но именно в родном посёлке, который был далёк от насыщенной железнодорожной жизни, свойственной крупным городам, Вячеслав Амосов впитал в себя романтику стальных дорог.

— Я вырос в доме у железной дороги, с четвёртого этажа наблюдал за составами, груженными лесом. В детстве мне нравилось из конфет выстраивать поезд, на всех моих рисунках были локомотивы. Зная мою страсть, старшая сестра подарила мне игрушечную немецкую железную дорогу. А потом в школе после занятий я специально отправлялся на станцию посмотреть, как тепловоз совершает манёвры, — делился Вячеслав.

Сомнений по поводу будущей профессии у него не было: без вариантов — железнодорожник. После восьмого класса в 1987 году отправился в Краснодарский край, где у него жили родственники, чтобы поступить в Кропоткинское железнодорожное училище. Удивительно, но молодого человека не впечатлила Северо-Кавказская железная дорога, и он после учебы приехал обратно в провинциальные Крестцы.

— Да не было никакого ущемления. Это же времена социализма, Крестцы — передовой город в области. Попросил маму выяснить, нужны ли его депо кадры, и очень обрадовался, что там меня ждут, — объяснил он.

Извилистая колея

Вячеслав Амосов надеется, что его трасса когда-нибудь оживёт. Однако сегодня дорога бесхозная. Приглядывает за ней только Амосов. Но разве этого достаточно? Между тем бывший машинист уверен: железную дорогу можно реанимировать если не для грузовых перевозок, то хотя бы для привлечения туристов.

В 2013 году уже по закрытому перегону он организовал краеведческую экспедицию. В его команду вошли начальник станции Валдай и студенты Ростовского университета железнодорожного транспорта. По шпалам шли от Валдая до Крестец четыре дня, восстанавливали историю перегона. Делали по маршруту остановки, где находились раньше станции, переезды, казармы для железнодорожников, где происходили интересные события. В 1998-м году на 44-м километре перегона снимали первую и финальную сцены художественного фильма Дениса Евстигнеева «Мама». Для кадров специально воссоздали станцию Шуя.

— А на 33-м километре описали теперь уже знаменитый в Интернете железнодорожный мост через реку Ярынья. Его стоило бы сделать официально признанным туристическим объектом. Необходимо всего-навсего привести в порядок километровый участок пути и оборудовать хороший спуск вниз от моста. На перегоне построены два деревянных моста, для исследователей они — редкость. К сожалению, проходит время, и люди забывают, что здесь когда-то было, — удивляется Амосов. — Практически не осталось сведений о крестецкой узкоколейной железной дороге при леспромхозе. Её общая длина составляла более 38 километров, и уходила она по разным направлениям в лес.

Двадцать лет назад перегон был включён в паровозный ретро-тур любителей железной дороги. Многие восторгались красотами здешнего ландшафта и отечественной инженерной мыслью. Чтобы порадовать кого-то из гостей, крестецкое начальство решило с барского плеча преподнести в подарок железнодорожный колокол станции, а в нём-то, наверное, вся её душа была. Дежурный звонил — можно и в добрый путь отправляться. Не подумали — отдали, а тот жест стал недобрым знаком. Поэтому у Амосова весьма определённая мечта имеется — вернуть колокол домой, уверен, что осел он в частной коллекции. А для его перегона колокол стал бы реликвией, а возможно, и оберегом.
 

АВТОР: АННА МЕЛЬНИКОВА
Фото Анны Мельниковой, Оксаны Егоровой и из архива Вячеслава Амосова

novved.ru